UA RU
logo
27 May 2022

Фактически появился 30%-й «налог» на доходы: три IT-предпринимателя о влиянии валютных решений Нацбанка на IT-сферу Украины

Наталия Соловьева

Редактор длинных текстов, MC.today

Нацбанк 20 мая разрешил продавать валюту через кассы банков и конвертировать средства с гривневых карт за границей по рыночному курсу. При этом официальный курс НБУ остается неизменным.

Редакция MC.today спросила у IT-предпринимателей, как, по их мнению, такое решение повлияет на украинское IT и его сотрудников.

Вадим Роговский, соучредитель 3DLook

Я считаю решение Нацбанка, скажем так, недостаточно продуманным. Лично мне было бы интересно узнать, что за ними стоит и какова была мотивация людей, которые принимали его.

Я, как и многие другие предприниматели, сейчас вижу одно явное последствие таких решений: люди, которые выехали из Украины, начнут – и они уже это делают – открывать счета в локальных банках других стран. 

Мотивация проста – чтобы не терять средства на конвертации, когда они рассчитываются украинскими картами.

Именно внутри 3DLook мы эту тему еще не обсуждали, но я общаюсь с другими предпринимателями и знаю, что их сотрудники массово регистрируют свои счета в других странах. 

Это повлияет на украинское IT – люди просто еще больше закрепятся за границей в тех странах, куда они уехали. А значит, шансов на их возвращение все меньше. Это главное последствие таких решений для IT-сферы и главная опасность, по моему мнению.

Андрей Оксенюк, CFO в Ciklum

Это решение не может не тревожить:

  • Во-первых, это создает немало вызовов для бизнесов, которые ориентированы на экспорт, в частности для цифровых компаний. Учитывая серьезную разницу между курсом покупки и продажи валюты, получается, что IT-бизнес и IT-специалисты де-факто платят дополнительный «налог» на доходы примерно в 30%. Это существенно уменьшает компенсацию украинским специалистам за их труд.
  • Не стоит исключать, что этот шаг НБУ может привести к стремительному падению валютных поступлений в Украину уже в ближайшее время – эти средства будут оставаться за рубежом. Поэтому вместе с Ассоциацией IT Ukraine, в которую входит Ciklum, мы надеемся на конструктивный диалог с регулятором и правительством и поиск эффективного решения.
  • Украинская IT-индустрия может потерять отечественных специалистов, которые сейчас находящихся не в стране. Сейчас многие IT-специалисты, которые переехали, продолжают платить налоги в Украине и поддерживать экономический фронт. Сохранится ли у них мотивация при нынешнем подходе – неизвестно. А в случае открытия границ можно будет прогнозировать дополнительный отток специалистов из Украины.

Не стоит забывать и о том, что доход, связанный с валютой IT-специалистов, позволяет им серьезно вкладываться в поддержку Вооруженных сил, передавать средства волонтерским и благотворительным организациям. Яркий пример: наша внутренняя благотворительная платформа From Patriots to Patriots собрала в этом году уже более $100 тыс., которые пошли на помощь ВСУ и фонду «Повернись живим». Убежден, что частные взносы коллег не менее значительны, а значит, валютное регулирование не должно отрезать такие возможности.

Вижу и негативное влияние на экономику и общество в целом. IT-индустрия Украины объединяет около 300 тыс. человек, каждый из них способствует появлению четырех-пяти рабочих мест в других отраслях. Уменьшение покупательной способности представителей IT-сферы и понятное сокращение ими расходов вряд ли поспособствует экономическому здоровью Украины. Поэтому мы надеемся, что эти правила пересмотрят, чтобы не дисбалансировать все экспортные отрасли.

Владислав Савченко, президент EASE, founder Powercode

Ситуация такова, что экспортеры/импортеры начинают страдать, потому что заводить валюту по 29,25 грн, а потом покупать по 36 грн, мягко говоря, не очень выгодно. Сейчас государство печатает гривну, в обозримом будущем мы можем увидеть инфляцию 20–30% и курс 100 грн за доллар.

Кроме того, чтобы подписывать новые контракты, необходимо проводить встречи с клиентами. Как? Предприниматели и топ-менеджмент уехать из Украины нормально не могут.

Что работает? Работает IT. Да, $2 млрд за первый квартал мы закрыли, но надо учитывать, что в феврале это было $800 млн, а уже в марте – $500 млн, то есть тренд все равно идет вниз.

Мы тоже теряем заказы, в том числе из-за ограничения выезда. А когда ситуация немного улучшится, есть большой риск потерять 100–150 тыс. человек, которые захотят уехать за границу и будут строить IT-рынок там. Что останется от нашего?

Сейчас у нас применяют только административные методы работы с экономикой, а не общепринятые решения стимулирования бизнеса. Такое впечатление, будто он весь отошел на третий-четвертый план. Этого допустить нельзя, иначе мы превратимся в нечто подобное Северной Корее, страну армии.

Конечно, я совершенно не обесцениваю работу наших военных. И бизнес, и война, и все мы – часть одной истории. Есть экономический фронт, а есть военный. И если предприниматели не будут работать, кто будет помогать с закупкой броников, тепловизоров, амуниции, продовольствия?

По теме:

Новости

Спецпроекты

Ваша жалоба отправлена модератору

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: