logo

Судится с инвестором в США за $500 тыс., поругался с командой и Колодюком. Настоящая история PassivDom

Основателю украинского стартапа PassivDom Максиму Гербуту скоро исполнится 40 лет и у него две параллельные жизни.

В одной реальности он – успешный украинский предприниматель с производством в США, инвестициями в проект, о его успехах пишет то BBC, то Financial Times, то TechCrunch.

В другой – на него лежат в иски в американском и украинских судах: в США – от инвестора проекта, в Украине – от бывшего сотрудника. Инвестор утверждает, что Максим вместо развития проекта вывел на личные счета почти $400 тыс., экс-сотрудники говорят, что инноваций в проекте нет, дом собран из материалов из обычного строительного супермаркета, а их обманули с долей в проекте.

Редакция MC Today рассказывает настоящую историю PassivDom.


Оглавление истории


Кто такой Максим Гербут

До того как заняться стартапом, Максим Гербут 15 лет проработал в строительном бизнесе – производил и устанавливал пластиковые энергосберегающие окна и двери в им же основанной компании «Амтек», торговал красной древесиной из Индонезии, Малайзии и Сингапура, экспортировал стройматериалы в Европу.

Максим Гербут на iForum

Максим Гербут на iForum

Идея автономного дома PassivDom появилась у него в 2016 году. В том же году он основал компанию и, по его словам, собрал в Украине первый прототип дома.

Что собой представляет Passivdom

Passivdom – это дом, собранный посредством крупноузловой сборки: блоки изготавливаются заранее различными поставщиками, а потом собираются в единую конструкцию. В таком доме есть вся необходимая для жизни техника и мебель, а также встроенная автоматика, которая управляет всеми системами: регулирует температуру, следит за чистотой воздуха, за безопасностью объекта и другими параметрами.

На сайте PassivDom сказано, что он изготовлен из экологичных и долговечных материалов. Его не нужно подключать к электричеству, водоснабжению и канализации. Он функционирует на солнечных батареях, а воду вырабатывает в буквальном смысле из воздуха. Все емкости для воды, аккумуляторы и встроенная канализация входят в базовую комплектацию дома.

Собранный в Украине прототип PassivDom
Собранный в Украине прототип PassivDom
Собранный в Украине прототип PassivDom
Собранный в Украине прототип PassivDom
Собранный в Украине прототип PassivDom

Дом, согласно описанию проекта, можно установить в любой локации, ему не нужен фундамент.

Максим Гербут, фото – The Gate Agency

Мы изготовили прочный и жесткий утеплитель, из которого можно делать стены. Это дало нам возможность избавиться от мостиков холода, разрушающихся материалов типа цемента или штукатурки, швов и соединений в конструкциях. И мы разработали метод создания таких стен – слой за слоем. Это и есть 3D-метод, который принято называть печатью

Громкие заявления Максима Гербута привлекли внимание мировой прессы. Медиа заинтересовались идеей использования 3D-технологий. На сайте проекта в разделе «Пресса» есть ссылки на множество публикаций на эту тему. Вот что, например, пишет Business Insider:

Стартап PassivDom использует робота для 3D-печати деталей небольшого дома. Машина может напечатать стены, крышу и пол для дома площадью 38 кв. м примерно за восемь часов. Окна, двери, сантехника и электрические системы устанавливаются вручную.

Основатель стартапа в разговоре с редакцией МС Today признает, что фразу «дом, напечатанный на 3D-принтере» не стоит воспринимать буквально и что эти заявления – выдумки прессы.

«Медиа сами раздули легенду, что дом напечатан на 3D-принтере, но это не так. 3D-печать – это наши эксперименты и разработки для еще не запущенного в серию будущего модуля. Полностью напечатанный дом появится не ранее чем через несколько лет», – говорит Гербут.

После презентации проектом заинтересовались покупатели. «Нам стали присылать заявки на приобретение дома, который мы еще не начали строить, тысячами со всего мира», – утверждает предприниматель.

Убедившись, что стартап вызывает интерес у потенциального покупателя, его основатель решил запускать производство в США.

Переезд команды стартапа в США и набор команды

До 2017 года проект «держался» на личных средствах Максима. Он утверждает, что за все время работы стартапа вложил в него $1,5 млн личных денег.

Одними из первых сотрудников стартапа стали единомышленники и давние знакомые Максима, с которыми он до этого ранее пересекался в проектах – директор по развитию Андрей Стецовский, главный по R&D Антон Гетман и технический директор Александр Кириллов. Забегая вперед – ни один из них сейчас не работает в проекте из-за разногласий внутри команды.

С Андреем Стецовским Максим был знаком 15 лет. По словам Стецовского, до перехода в стартап он работал в международной компании. В 2016 году Гербут позвал его на должность директора по развитию проекта PassivDom.

«Однажды Максим позвонил мне и предложил поработать вместе над стартапом. сказал, что ему нужен человек с моим опытом работы, знающий, как работает крупная структура, который будет заниматься ее развитием, умеет разговаривать с партнерами, подрядчиками», – рассказывает Андрей Стецовский.

Стецовский переехал в США в 2017 году, где Гербут решил запустить производство. «Моей задачей было вести бизнес-дела. Я начал искать конструкторов, подрядчиков в США, помещение для создания первого прототипа PassivDom», – рассказывает Стецовский.

Антон Гетман в проекте PassivDom отвечал за разработку электроники в доме. По словам Антона, он связался с Гербутом и предложил ему свои услуги разработчика сам. К тому моменту у него уже был большой опыт в автоматизации и своя компания.

«Проект Максима показался мне инновационным и очень интересным. В 2017 году мы впервые встретились очно на выставке, и он попросил меня сделать электронику для макета дома за символическую оплату», – говорит Гетман.

Антон и Андрей позже поехали с Максимом в США, а Александр Кириллов остался в Украине – ему не дали американскую визу. Вместе со всей остальной командой они начали сбор тестового образца дома в городе Рено, штат Невада.

Решение строить дом в США, по словам Андрея Стецовского и главного инженера проекта Сергея Ильницкого, приняли потому, что собранный на территории США дом впоследствии было бы легче сертифицировать.

Ожидания и реальность: с чем столкнулась команда проекта в начале работ

В этом месте начинается самая интересная часть истории, которую каждый из участников рассказывает на свой лад. Здесь две основные линии противостояния: инвестора проекта и Максима Гербута (об инвесторе речь пойдет позже) и иски и взаимные обвинения Максима Гербута и экс-команды стартапа.

Сложности начались на этапе строительства прототипа дома. Обе стороны утверждают, что конфликт между инвестором и основателем возник из-за напряжения внутри коллектива, но причины у каждого свои. Сотрудники обвиняют Гербута в задержках по зарплате, невыполнении обязательств и заявленных обещаний по конструкции дома, Гербут их – в низкой квалификации.

По словам Сергея Ильницкого, который в США работал в стартапе на должности главного конструктора, энергоэффективные мобильные дома популярны в мире, их строят многие европейские компании, производство похожих домов есть и в Украине. Но отличие проекта PassivDom было в технологии создании стен дома.

Сергей Ильницкий, экс-начальник производства PassivDom

Максим придумал такую структуру несущей стены: между двумя графитовыми панелями протягивается тонковолоконная нить, имеющая специальную структуру, а вовнутрь задувается пена. На этапе презентации он рассказывал, что проводил исследования, которые показали, что стена очень твердая, она сверхтеплая. В дом устанавливается электроника системы “умный дом”. Сам дом строится на фабрике, а большую часть работы будут делать 3D-принтеры.

Но когда пришло время строить первый прототип, Гербут, по словам Ильницкого, внес коррективы в проект. Он предложил вместо придуманных ранее пластиковых панелей с 3D-структурой закупить самую дешевую 6-миллиметровую фанеру и делать из нее стену», – утверждает Ильницкий.

Процесс строительства прототипа дома в США

Процесс строительства прототипа дома в США

По его словам, для того чтобы протестировать и проверить стены на жесткость, нужно дорогое оборудование, за само исследование тоже надо платить. Но всего этого у проекта не было. «Расчетов по прочности пены, которой набита стена, не существует. Для этого нужно провести очень много исследований, опытным путем, разными методами составлять несколько вариантов конструкции стены. Ничего этого не делали», – говорит он.

По словам Ильницкого, строительством дома в США занимались три сотрудника: он, Андрей Стецовский и Антон Гетман.

«Максим нам обещал, что к нам приедет строительная бригада из Украины. Но никто не приехал. И пришлось все делать нам втроем. Мы собирали этот дом самостоятельно. Никаких ЗD-принтеров, все вручную», – говорит Ильницкий.

Аналогичное мнение у Андрея Стецовского, с которым редакция MC Today общалась независимо от Ильницкого.

Андрей Стецовский

Не было никакого 3D-принтера, внутри конструкции – обычная пена. Максим нахватался на конференциях хайповых тем, которые все обсуждают, народ повелся. А по факту там обычный каркас, фанера и пена, сверху все покрыто полимочевиной, что тоже не ноу-хау

«Кроме пластика и пены от американского поставщика, а также окон из Украины мы все составляющие для дома купили в местном строительном супермаркете», – говорит бывший сотрудник компании.

Процесс строительства прототипа дома в США
Процесс строительства прототипа дома в США
Процесс строительства прототипа дома в США

По словам Андрея Стецовского, когда они с Максимом договорились работать вместе и он приехал в США знакомиться с командой, там практически ничего не было готово. «Насторожило, что по проекту ничего нет. Максим рассказывал, что в Америке уже едва ли не все готово. Но на самом деле никто не понимал, куда двигаться», – вспоминает он первые месяцы в США.

Наш собеседник также жалуется на регулярные задержки с зарплатой. «На моей прошлой работе – в британской международной компании – все было официально. Максим предложил все делать неофициально, и я его с трудом уговорил как-то оформить меня в штат», – поясняет он.

Поначалу, как говорит Андрей, он даже оплачивал операционные расходы компании из личных денег, первую зарплату он получил спустя несколько месяцев.

Похожую историю рассказал еще один бывший сотрудник компании – Александр Кириллов. Он занимался чертежами дома, техническими документами, словом, всем тем, что делает инженер-конструктор.

Александр Кириллов

Между нами в рамках проекта не было никаких юридических договоренностей. Я верил в проект, он мне нравился, и изначально это был чистый энтузиазм. Когда пошли первые видимые плоды работы, Максим называл меня соучредителем стартапа, но при этом официально никаких бумаг по этому поводу мы не подписывали и договоров не заключали

По словам Максима Гербута, задержки с зарплатами летом 2017 года действительно были, но на протяжении всего двух месяцев, после которых в компании со всеми рассчитались.

«Они получали по $2000 в США. Каждый из сотрудников был на полном пансионе, питание и проживание оплачивалось за счет компании. плюс каждый месяц мы оплачивали им билеты Сан-Франциско–Киев. В сумме получалось около $6 000», — уточняет основатель компании.

Несмотря на эти неурядицы, Андрей Стецовский в разговоре с журналистом MC Today признал, что повода не доверять Максиму у него не было. Тем более что вскоре у проекта появился инвестор – живущий между Фиджи и США украинец Александр Ильницкий. По словам экс-сотрудников PassivDom, после этого задержки зарплат временно прекратились.

Привлечение инвестиций и новые надежды

По словам Максима Гербута, инвестор проекта Александр Ильницкий нашел его сам, загорелся идеей и предложил инвестировать в стартап.

«Александр рассказал мне, что уже 15 лет живет в Америке, у его семьи есть бизнес на острове Фиджи – мебельное производство и отельный бизнес», – вспоминает их знакомство Гербут.

По словам Максима Гербута, он предложил Ильницкому инвестировать в проект на условиях договора Safe (шаблона Safe от – YCombinator – одного из самых известных мировых акселераторов – прим. ред.). По условиям такого документа инвестор покупает не акции компании, а право получить их, когда состоится полноценный инвестиционный раунд. В распоряжении редакции есть этот документ.

«Мы договорились, что инвестор вложит в проект $600 тыс. Сразу он должен был перечислить $500 тыс., а спустя какое-то время – еще $100 тыс. Со мной встретился его брат. Мы поехали посмотреть наш пробный образец в Киеве, ему все понравилось, он проинвестировал в наш проект через несколько недель после нашего знакомства», – вспоминает Максим Гербут.

Решение об инвестициях Александр Ильницкий принимал вместе со своим отцом Сергеем, который ранее владел в Донецке мебельным производством, работал инженером-конструктором.

После того как стороны договорились о деталях сделки, они подписали так называемый Safe Agreement (он есть в распоряжении редакции) и инвестор перевел деньги на счет стартапа двумя траншами. $400 тыс. в октябре 2017 года и еще $100 тыс. – в марте 2018-го.

Как объясняет венчурный инвестор Андрей Колодюк, Safe Agreement – это распространенная в США схема привлечения средств на ранних стадиях, когда инвестор дает деньги без фиксированной оценки компании, но с дисконтом от фактической оценки закрытого раунда.

«Александр обещал нам участвовать в проекте, помогать, советовать, всему нас научить. Он также настоял на том, чтобы мы приняли на работу его отца – Сергея Ильницкого, который, как Александр говорил, много лет руководил мебельным производством в Украине. Он отрекомендовал отца как очень опытного руководителя, который поможет нам запустить производство в Америке», – рассказывает Гербут.

Кто такие отец и сын Ильницкие – начальник производства и инвестор проекта

Сергей Ильницкий – украинский бизнесмен из Донецка. Там на него зарегистрирована компания по мебельному производству ООО «Нова-Дон», ему принадлежит крупнейший в городе магазин мебели «Артис». По данным из открытых источников, магазин работает в Донецке до сих пор.

Инвестор проекта Алекс Ильницкий и его отец – Сергей Ильницкий

Инвестор проекта Александр Ильницкий и его отец Сергей Ильницкий

По данным аналитического сервиса YouControl, в Донецке на сына Сергея, Александра Ильницкого, зарегистрирована фирма по мебельному производству «ІНТАЙМ-ДОНЕЦЬК».

В Лас-Вегасе, штат Невада, на имя Александра Ильницкого оформлена компания Beqa Lagoon Support Services, которая в свою очередь владеет отелем на острове Фиджи Beqa Lagoon Resort. Инвестиции в проект Гербута поступили из американской компании Ильницкого. Это важный момент для понимания дальнейшей истории.

Что может быть не так с договором про инвестиции

Юристы из Axon Partners, которые изучили договор между инвестором и стартапом, отмечают, что в нем невыгодно прописаны права инвестора: ограничено количество ситуаций, при наступлении которых инвестор получает право на долю в компании, а также количество случаев, когда инвестор получает обратно свои деньги.

Например, часто в подобных случаях получение доли привязывают к количеству клиентов, объемам продаж и другим показателям. Договор также не позволял инвестору каким-либо образом контролировать действия компании: получать доступ к счетам, внутренней информации и так далее.

Дмитрий Гадомский, Axon Partners

Конкретный Safe производит впечатление, что стороны нашли шаблон Safe и, даже не читая, заполнили свои реквизиты и подписали.

По словам Максима Гербута, деньги инвестора должны были пойти на открытие офиса в США, создание первого прототипа проекта PassivDom, производственный процесс, зарплаты команды, оплату жилья и покупку рабочей машины. Работа над созданием первого прототипа стартовала в январе 2018 года, в мае этого же года дом уже должен быть готов.

Конфликт в команде и взаимные обвинения

Тем временем напряжение внутри коллектива росло. Как утверждает ряд сотрудников компании, им были обещаны опционы компании, которые учредитель должен был выплатить в оговоренное время. Ради опционов они соглашались терпеть временные сложности с зарплатами.

«С Андреем Стецовским и Антоном Гетманом у нас были договоренности, что если они проработают в компании три года беспрерывно, то я выплачу им опционы эквивалентом $300 тыс. каждому», – подтверждает договоренности Гербут. В 2018 году Стецовский и Гетман потребовали у Гербута подписать документы об оформлении доли в проекте.

«После того как мы собрали дом, я сказал Максиму, что буду продолжать, если мы подписываем документы на долю в компании», – вспоминает Стецовский.

Но Гербут им отказал. «Максим дал мне черновик бумаги, где от руки было написано, мол, я обещаю, что когда все будет хорошо, я отдам деньги. Но эта бумажка юридически ничего не означает», – рассказывает Стецовский. После этого он принял решение покинуть проект.

Сам Гербут говорит, что был согласен подписать документы при условии, что его сотрудники обяжутся не работать на конкурентов в течение трех лет, но они не захотели этого делать.

Еще Гербут утверждает, что разговоры про опционы начались после того, как у стартапа появился еще один потенциальный инвестор, с которым команда вела переговоры.

Максим Гербут

Мы нашли еще одного инвестора. Он из числа моих давних бизнес-партнеров. Это украинский предприниматель. Он пообещал проинвестировать в нас сначала $15 млн, предложил выкупить 50 % нашей компании. Позже мы пришли к выводу, что это сильно опрометчивый шаг, и договорились о первом транше в $1 млн. Андрей Стецовский и Антон Гетман, которые на тот момент проработали почти по году в компании, однажды пришли ко мне и сказали, что они в курсе про инвестиции и понимают, что на эти деньги я первым делом начну нанимать высококвалифицированных сотрудников. И, мол, они подозревают, что я могу их уволить или понизить в должности. Поэтому они попросили заплатить им по $100 тыс. бонусов при возможном увольнении

Далее Гербут утверждает, что Андрей Стецовский угрожал пойти к инвестору, с которым шли переговоры об инвестициях, и рассказать, что прототип не готов и что в компании есть проблемы. «Я сказал, что если он не перестанет заниматься вымогательством, я с ним попрощаюсь. Тогда они закрыли тему, мы продолжили работать», – говорит Гербут.

«Я знаю, что Стецовский все-таки пошел к нашему потенциальному инвестору, который готов был вложить в проект миллион долларов, рассказал ему обо мне надуманные вещи. Того смутило то, что биздев, заместитель гендиректора раздувает конфликт в компании, поэтому побоялся инвестировать, и сделка расторглась», – продолжает Максим Гербут.

По его словам, позже Стецовский и Гетман улетели в Киев по личным делам, одолжив у фирмы деньги. Но после этого не вернулись.

«Андрей и Антон попросились в Киев проведать жен и попросили перечислить им со счетов фирмы по $2,5 тыс, которые обещали вернуть или отработать. Но когда они приземлились в Киеве, то сообщили, что не собираются возвращаться, а эти деньги забирают себе в счет зарплат. Документы о перечислении этих денег есть, выписки есть, налоговые документы, что они не заплатили налоги с этих сумм, тоже есть», – утверждает Гербут.

Предоставить эти документы редакции MC Today Максим отказался.

По словам экс-сотрудников, причины их ухода – долги по зарплате, невыполнение обещаний и застой по проекту.

Антон Гетман

Из проекта ушел по нескольким причинам: не увидел реальных инноваций, также была задолженность по оплате всем и вся. Более того, Максим не хотел юридически правильно оформить долевое участие, о котором договаривались

«Антон, когда уходил, уничтожил все рабочие чаты, переписки, сожжены все платы, контроллеры, уничтожен весь софт, он хотел уничтожить все за собой. К счастью, у нас были бэкапы», – вспоминает Максим Гербут, говоря о своем экс-сотруднике.

«Полгода (а может, и чуть больше) мне и всей команде на тот момент не платили зарплату в срок. Задержки были по полтора-два месяца. Да, сроки, казалось бы, пустяковые, но вместе с тем в коллективе создалась нездоровая обстановка. Я ушел по собственному желанию, никто мне не увольнял и тем более не переманивал к себе. Долг по зарплате Максим выплатил», – признается Александр Кириллов.

По его словам, отсутствие зарплаты – не единственная причина, по которой из команды стали уходить люди.

«Не покупалось необходимое для строительства оборудование (роботы, специалисты-программисты для этих роботов), не получались нужные разрешения для сертификации дома и производства. Тема 3D не поднималась вообще. Непонятная организация трудового процесса, сложности в общении – все это и стало причиной того, что я решил отойти от проекта», – говорит Кириллов.

В итоге основатель стартапа уволил всех «бунтовщиков», включая Стецовского, по статье «за прогул». В ответ Стецовский подал на него в суд в Украине с требованием выплатить остаток зарплаты в $5-7 тыс.

Трудовая книжка Андрея Стецовского

Трудовая книжка Андрея Стецовского. Максим Гербут опубликовал ее скан-копию на своей странице в Facebook

В разговоре MC Today Гербут упомянул о том, что подал на Стецовского ответный иск за растрату средств компании.

«Андрей был был моим заместителем, у него была корпоративная кредитная карта и полный доступ к счетам компании. Крупные траты он со мной согласовывал, а по мелочи у него была полная свобода. Поскольку я проводил 70 % времени в больнице с сыном (четырехлетний сын Максима умер от рака в феврале 2019 года после длительного лечения сперва в Германии, а потом в США – прим. ред.), то не мог контролировать, не ворует ли он у нас что-нибудь», – говорит Максим.

У редакции MC Today нет подтверждения этого иска, Андрей Стецовский говорит, что никаких уведомлений о старте судебного процесса не получал.

Конфликт с отцом инвестора проекта и начальником производства Сергеем Ильницким

В числе людей, работавших над проектом, был отец инвестора – Сергей Ильницкий. С ним у Гербута тоже возник конфликт.

«Моей колоссальной ошибкой было взять на работу отца инвестора, Сергея Ильницкого. Как оказалось, Сергей не знал английского и не имел никакой квалификации в управлении производством, не умел читать чертежи. Впоследствии именно он и спровоцировал конфликт в команде, из-за которого Андрей Стецовский, Антон Гетман и Александр Кирлов ушли из моей компании», – предполагает Гербут.

Основатель PassivDom полагает, что Сергей Ильницкий преувеличил свои полномочия в проекте, но при этом требовал высокую зарплату.

«Те действия, которые он совершал, были сплошь усеяны ошибками, и мы очень много денег и времени и потратили на их исправление. Однажды мы выбросили всю мебель, сделанную Сергеем, потому что она полностью была бракованная. Нам это обошлось примерно в 3-4 месяца задержки и в $5-7 тыс. долларов убытков. Это был пик нашего конфликта, после этого я сказал, что хочу, чтобы он немедленно ушел из проекта», – считает Максим.

«Это спровоцировало и мой конфликт с Александром Ильницким, потому что, естественно, когда мы начали ругаться с его отцом, Александр принял его сторону», – добавляет он.

У Ильницкого иная позиция.

«Никаких инновационных материалов не было и в помине, для дома использовали обычную фанеру, металл и другие материалы из ближайшего строительного супермаркета. Стало понятно, что предложенный Максимом бизнес-план не работает. Стоимость только материалов для дома была больше $100 тыс. Добавить к этому сертификацию, сопроводительную документацию, фундамент – и получаем себестоимость почти в $200 тыс. за дом площадью в 36 квадратов», – поясняет он свое разочарование в проекте.

В коллективе стартапа был еще один член семьи Ильницких – жена Александра Оксана, которая некоторое время вела бухгалтерию проекта.

«Она быстро ушла. Как только выгрузила все базы данных – неожиданно сказала, что это для нее слишком сложно и что она рекомендует нам нанять другого бухгалтера. Мы наняли другого бухгалтера, но оставили открытый доступ к счетам для Александра и для его жены», – утверждает Гербут.

Разрыв отношений с инвестором

На финальном этапе строительства прототипа произошло еще одно важное событие в жизни стартапа. Максим Гербут заявил, что закончились деньги, и попросил инвестора выделить еще $100 тыс. на окончание работ.

«Мы заподозрили неладное – слишком уж быстро закончились деньги, и потребовали от Гербута доступ к счету. Он предоставил его, наверное, думал, что мы ни в чем не сможем разобраться. Все сразу стало понятно: $380 тыс. он вывел на личные счета и оплачивал из них личные расходы. Зарплаты сотрудникам не платили, у компании было множество долгов подрядчикам – за землю, помещения, аренду апартаментов. Когда я предъявил все это, Максим коротко и резко ответил, что деньги ушли на проект, и закрыл мне доступ к счету», – утверждает Сергей Ильницкий.

Максим Гербут рассказывает эту историю иначе: в июле 2018 года, когда они с Александром разошлись, прототип был почти готов, но на его строительство не хватало $20-30 тыс.

«Когда я понял, что инвестор нас подвел и денег не даст, я поругался с его отцом. Я долго откладывал этот конфликт, но потом меня уже ничего не сдерживало. Он нас подвел, в последний момент сообщив, что денег не будет. Если бы он предупредил заранее, я бы искал альтернативу. А так я только в июле начал бегать, искать деньги у знакомых, продавать какие-то свои активы, чтобы выплачивать зарплаты», – объясняет Гербут.

Подозрения в растрате средств и конфликты в команде привели к тому, что Ильницкие окончательно разругались с Гербутом. Подтверждения слов инвестора о том, что Максим Гербут вывел средства компании на личные счета, у редакции MC Today нет.

Иск инвестора против Максима Гербута в американском суде

После этого принадлежащая Александру Ильницкому компания Beqa Lagoon Support Services, которая, собственно, и инвестировала в стартап, подала иск в калифорнийский суд против Максима и Юлии Гербут. Последняя, по словам, Максима, отвечала в проекте за маркетинг.

«Я считаю, что инвестиции, которые он получил до начала строительства, он вывел с американских счетов. Я это понял, когда он через месяц работы сказал, что денег нет. Ни на зарплаты, ни на строительство», – поясняет причины такого решения Сергей Ильницкий.

Как поясняют юристы Ильницкого суду, при знакомстве Максим Гербут представил PassivDom как действующий бизнес, производящий автономные дома при помощи технологий 3D-печати. В качестве подтверждения своих успехов в PassivDom якобы сказали, что у них есть более 6,5 тыс. заказов домов на сумму в $529 млн. Благодаря этому инвестор поверил в проект и решил инвестировать в него.

Дальнейшие обвинения сводятся к выводу средств компании на личные счета Гербута, привлечению работников-нелегалов, невыплате зарплат сотрудникам, обману клиентов и получению предзаказов без возможности их выполнить. Редакция MC Today пробовала связаться с возможными покупателями дома, но не получила ответа.

В своем иске Ильницкий акцентирует внимание суда на пяти возможных нарушениях. Вот их суть (за перевод этого фрагмента с юридического языка на человеческий редакция MC Today благодарит юридическую фирму Axon Partners и лично Диму Гадомского и Владимира Присяжнюка).

  1. О мошенничестве. Ответчики изначально хотели завладеть инвестициями, предоставив ложные сведения о компании PassivDom, ее деятельности, успехах, прогнозах по развитию.
  2. О нарушении фидуциарных (основанных на доверии – прим. ред.) обязательств. Подписав Safe Agreement, ответчики должны были честно и с добропорядочными намерениями управлять компанией PassivDom.
  3. О нарушении добропорядочности и добросовестного управления делами. Подписав Safe Agreement, каждая из сторон должна делать все возможное для исполнения обязательств по договору
  4. О нарушении статьи 15 U.S.C. §78j. В ней говорится, что никто не может применять такие инструменты при продаже акций, при помощи которых возможно манипулирование, обман, ослабление прав инвесторов. Податель иска говорит о том, что ответчики получили инвестицию, поскольку солгали о существующих 6,5 тыс. заказах на общую сумму $529 млн., а также о своих финансовых показателях и прогнозах.
  5. О неправомерном обогащении. Ответчики перевели инвестиции со счетов компании PassivDom на собственные счета без единого законного основания, вопреки договоренностям.

У инвестора требуют вернуть им $500 тыс. с процентами, положенными по американскому законодательству, компенсировать убытки и затраты на адвокатов и подачу жалобы.

«Иск подали за нецелевую трату денег. Судебное заседание было в начале мая. На него Максим Гербут не явился, якобы не собрал все документы, а прислал адвоката. Сейчас слушание перенесли на август. Дальше не будет переноса. У них система работы очень жесткая», – уверен Сергей Ильницкий.

Максим Гербут видит ситуацию иначе: сложности в строительстве прототипа в США возникли в первую очередь из-за «чрезмерного оптимизма и ошибок в планировании производства в условиях совершенно неизвестной страны и экономики».

К тому же, по его мнению, некоторые члены команды не имели соответствующих навыков строительства, а инвестор отказался вносить $100 тыс. в проект, которые обещал дать помимо уже инвестированных $500 тыс. Кроме того, он говорит, что 6,5 тыс. заявок на покупку дома, о которых говорит инвестор, – это обычные лиды и что он и не думал утверждать, что все эти люди непременно купят дом.

По словам Гербута, он узнал, что что у семьи Ильницких есть проблемы с бизнесом на Фиджи, о чем они его ранее не предупреждали.

«Я нашел информацию о том, что Сергей Ильницкий из Украины, по сути, сбежал от преследования, у него было очень много конфликтов в 2013 году. Я поручил нашим юристам копнуть глубже, и оказалось, что у него действительно было мебельное производство на Фиджи. Оказалось, что его сын Вячеслав на Фиджи арестован и находится под домашним арестом, а Сергей там объявлен в розыск. Причину этого всего я достоверно не знаю, но по косвенным признакам понял, что что-то связано с укрывательством от налогов», – рассказывает Максим.

Доказательства достоверности этой информации Гербут не предоставил, ссылаясь на то, что соответствующие адвокатские запросы он использует в судебных процессах против Ильницих, поэтому не может раскрывать карты. Максим также сказал, что подал два иска против Сергея и Александра Ильницких. Доказательств поданных исков он тоже не предоставил.

«Когда я пришел к Александру и попросил разъяснить всю эту информацию, мы с ним разругались, он попросил вернуть ему деньги», – говорит Гербут.

Руководитель стартапа также утверждает, что инвестор пытался подавать иск против американского юрлица PassivDom, но суд не принял обращение, потому что договор об инвестиции Safe Agreement не предполагает предварительного возврата денег. Тогда инвестор подал иск лично против основателя проекта. На вопросы MC Today Александр Ильницкий не ответил, но предложил все интересующие нас темы обсудить с его с отцом.

Какие шансы у сторон – мнение юристов

Как поясняет адвокат Дима Гадомский, изучавший суть спора, рассмотрение дела еще не началось, однако подача иска запустила судебную процедуру. Сейчас спор находится в «досудебной» стадии, в которой стороны должны подать жалобы, ответы на иск, доказательства и уточнения. На этой стадии суд вызывает стороны для конфиденциальных встреч, чтобы получить дополнительную информацию от сторон и чтобы предоставить сторонам возможность урегулировать конфликт до начала основного рассмотрения дела.

По словам Гадомского, инвестор все же прав, что PassivDom может умышленно затягивать рассмотрение дела – об этом свидетельствует сообщение адвоката Максима Гербута о том, что его клиент не может явиться в суд, а также содержание ответа на жалобу, где Гербут возражает против места судебного разбирательства и того, что в качестве истцов указаны физлица – он и его жена.

«К слову, иск к физическим лицам Максиму и Юлии Гербут возможен по причине “проникновения через корпоративную вуаль” – piercing the corporate veil, поскольку инвестор понимает, что компания PassivDom в США может быть “пустой” и взять с нее нечего», – добавляет Гадомский.

Что касается шансов сторон, говорить о возможном окончании дела рано, утверждает юрист. Сейчас все находится в плоскости «слово против слова». «Все зависит от того, сможет ли инвестор предоставить доказательства всех фактов, на которые он ссылается. Если все это будет должным образом подтверждено доказательствами – у PassivDom таки могут быть серьезные проблемы», – поясняет адвокат.

Что сейчас происходит со стартапом – версия Максима Гербута

Максим Гербут утверждает, что дела у стартапа сейчас идут хорошо. Запускается производство, они получают предзаказы в США, в Украине есть предварительные договоренности с дистрибьюторами дома в Азии, Канаде, США, Прибалтике.

Редакции MC Today удалось связаться с потенциальным дистрибьютором дома из Тайваня. Тот сообщил, что заинтересован в проекте, но сотрудничество с Максимом Гербутом еще не начиналось ввиду отсутствия поставок домов.

«Запуск франшизы еще в процессе. Запущено крупноузловое сборочное лицензионное производство, позволяющее любому партнеру компании собирать некоторые виды наших домов без больших инвестиций в квалифицированный персонал и производственные мощности», – рассказывает Гербут.

Вопрос о стоимости франшизы он не раскрывает. «Стоимость франшизы в разных странах разная, она зависит от местной регуляторной политики и сертификации, поэтому ее указывать нет смысла – эта величина не является постоянной», – говорит основатель Passivdom.

В США, по словам Гербута, компания уже продала «около десяти домов». Еще полтора десятка зарезервировано и стоят в очереди. «Мы пока не отгружаем готовую продукцию, кроме полностью оплаченных домов. Сейчас модернизируется вся производственная линейка домов. Наши клиенты готовы подождать более интересный продукт», – утверждает он.

Производство в США, по словам Максима, налаживается.

«Мы модернизировали производственный процесс за последние четыре месяца. Ни одного процесса из прошлого производства не осталось в том виде, в котором они были в прошлом году. Предыдущее производство было экспериментом. Сейчас мы впервые за три года существования компании вышли на масштабируемую надежную модель», – рассказывает основатель.

Редакция MC Today попросила Максима Гербута предоставить фото или видео того, как выглядит новое производство домов, которые он строит в США сейчас, но в ответ на запрос получила фото процесса сборки дома в Киеве. «Продажи в Украине еще не запущены. Ждите анонс в октябре», – говорит Максим.

Конфликт Гербута с основателем венчурного фонда AVentures Capital Андреем Колодюком

За день до выхода материала Максим Гербут написал колонку для ресурса «Бізнес.медіа» под названием «Токсичные инвестиции в Украине», где рассказал о своем опыте привлечения инвестиций и неожиданно обвинил основателя AVentures Capital Андрея Колодюка в шантаже, угрозах и попытках вымогательства денег у стартапа.

В разговоре с редакцией он тоже немного рассказал об этом инциденте. «Андрей Стецовский уговорил Андрея Колодюка подделать документы для доверенности Стецовского. Поэтому у нас сейчас в суде есть оригинал подделанных Колодюком документов, прикрытых фондом AVenrures», – говорил Гербут, но при этом добавляет, что не хотел бы выносить конфликт с Колодюком в публичную плоскость. Впрочем, позже он сам открыл эту историю прессе.

Далее – прямая речь основателя стартапа из колонки.

Первый наш контакт с токсичным инвестором в Украине — Андреем Колодюком, заявившем, что хочет бросить работу в фонде и стать нашим кофаундером, но на деле пытавшемся получить 35 % компании за консалтинговые услуги по advisory agreement.

Андрей говорил, что хранил в тайне от партнеров по фонду свои планы стать кофаундером никому не известного украинского стартапа. Разумеется, когда мне стало понятно, что за треть компании Андрей не планировал ни вкладывать соответствующий уставный капитал, ни работать в проекте наравне с фаундерами – пришлось поставить вопрос ребром и попрощаться.

Вот тогда мы начали получать почту с угрозами рассказать всем на свете, какие мы плохие (всем украинским инвесторам, посольству США, инвестфондам в США и т. д). Несмотря на сохраненную переписку, Андрей даже предпринял задокументированную письменную попытку вымогать $250 тысяч, угрожая конкретными действиями, чтобы уничтожить нашу репутацию. После предложения продолжить переписку в суде токсичный инвестор исчез из нашей жизни. В итоге это стоило нам репутационных ударов и потери трех инвестиционных сделок с украинскими инвесторами на сумму чуть более одного миллиона долларов два года назад. Это был лучший урок для нас — документы с токсичными людьми должны быть стерильными. Задокументированным должно быть каждое слово.

Управляющий партнер фонда Евгений Сысоев сказал, что не в курсе ситуации и не может ее прокомментировать. Андрей Колодюк на просьбу пояснить, в чем дело, рассказал, что знает об этой истории.

Далее – прямая речь инвестора, которая завершает нашу историю, но не завершает историю противостояния.

Максим обратился к нам (Aventures Capital, – прим. ред.) весной 2017 года, но мы вынуждены были ему отказать, так как его проект находился на очень ранней стадии для нашего фонда. После этого Максим попросил меня представить его инвесторам в Кремниевой долине. В то время, когда я был там, я сделал до десятка интро для него, так как всегда помогаю украинским стартапам.

Направление, в котором работает Максим, интересно для ряда инвесторов. Например, таких как Khosla Ventures, которые недавно проинвестировали похожий проект. Обратная связь по всем моим интро была такая: каждый инвестор хотел иметь подтверждение тому, что было в презентациях PassivDom, а именно хотя бы один построенный образец дома в США.

С тех пор ко мне обратились за помощью уже три инвестора (по информации MC Today, один из инвесторов проекта – экс-топ-менеджер CIklum Марина Вышегородских. Она не захотела публично комментировать эту историю – прим. ред.), которые проинвестировали в проект Максима два года назад. Что интересно, все трое не знали о существовании друг друга, хотя по Safe Agreement предприниматель обязан информировать всех инвесторов о реестре людей, которые проинвестировали в компанию.

Два инвестора говорят, что за два года так и не получили ни одного информационного письма о статусе закрытия раунда, о финансовом состоянии компании и статусе развития проекта. По сути, они не получили ничего. По Safe Agreement у инвесторов есть информационные права, и даже до завершения раунда предприниматель обязан их информировать по всем этим вопросам.

В данном случае инвесторы не получили информацию, не получили акции и, как они говорят, не получили образец дома, в который они финансировали. Документы, подтверждающие их слова, у меня есть.

Суть их претензий следующая: Максим дезинформировал о состоянии дел, вывел инвестиции через личные счета в Украине и использовал их на не связанные с компанией и проектом цели. Речь идет о серьезных суммах.

Также они узнали, что активы из американской компании, в которую они проинвестировали, переведены на украинскую компанию Passive Dom, которая принадлежит лично Максиму. Они обвиняют его в выводе активов с американской компании, через которую они судятся с ним и куда, собственно, инвестировали.

К сожалению, это не похоже на совпадение, раз три разных инвестора, которые не знали о существовании друг друга, имеют одинаковые претензии к Максиму. Так или иначе, я не судья, и скоро мы узнаем решение американского судьи по этому вопросу. Если данные подтвердятся, то это будет большим ударом по репутации украинских стартапов среди американских инвесторов.

Над текстом работали: Тимур Ворона, Кристина Болотова

Вам будет интересно прочесть:

1. Невыплаты, джинса и давление депутата Хомутынника на редакцию. Почему из «Фокуса» уходят сотрудники

2. «Никогда не берите у инвестора наличку». Как юрист Дима Гадомский спасает стартапы от неприятностей

3. Захват бизнеса или обман инвестора: как поссорились партнеры компании Moreca и почему они закрыли проект

Вдохновляющие истории и полезные кейсы в нашем Telegram-канале

Вакансии компаний

Вакансия senior PHP-разработчик в Mailfire

в Genesis

Вакансия senior PHP-разработчик в Mailfire

«У нас вы сможете решать сложные архитектурные задачи»

Киев
Полная занятость
от 3000 до 4500$
Топ

Вакансия перформанс-маркетолога в appflame

«Вам будет помогать в работе команда Facebook и Twitter»

За полтора года мы вырастили продукт в лидера американского рынка.

Киев
Полная занятость

Вдохновляющие компании

Genesis
1 вакансия

Genesis: как Facebook для США, наша компания станет визитной карточкой Украины в мире

Мы создаем компанию, которая станет визитной карточкой Украины в мире. Как Facebook и Google стали для США, Alibaba для Китая, а Skype – для Эстонии.

127 человек сказали, что хотят работать в Genesis

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: