logo

«Хотим, чтобы сотрудников не прятали за ФЛП». Интервью с министром Михаилом Федоровым о «Дія City» и работе Минцифры

Кабинет министров в зимнее время выглядит мрачно и будто находится на осадном положении. Серые стены, металлический забор по периметру, десятки хмурых солдат Нацгвардии и военная техника у входа в здание. Несколько этапов проверки документов, пройти сквозь рамку металлоискателя – и мы внутри для разговора с министром цифровой трансформации Михаилом Федоровым.

Минцифра – один из самых деятельных госорганов в новой украинской политике. Чуть более чем за год ее команда «оцифровала» паспорта и водительские права украинцев – теперь не нужно носить с собой документы, достаточно показать их с экрана смартфона, запустила онлайн-регистрацию ООО и ФЛП и создает отдельное «онлайн-государство» для айтишников «Дія City».

Кабинет Михаила Федорова. Фото: MC.today
Кабинет Михаила Федорова. Фото: MC.today
Кабинет Михаила Федорова. Фото: MC.today

Министр занимает большой кабинет на шестом этаже. Он мог бы напомнить приемную декана в украинском университете: массивный деревянный стол, кожаное кресло темно-зеленого цвета и ковры на полу.

Но всю картину «портят» несколько странных деталей – футбольные ворота и пара мячей у одной из стен, беговая дорожка, шахматная доска и фотография футбольного тренера Клаудио Раньери в рамке на том месте, где госчиновники обычно вешают портрет президента. Михаил забрал ее из своего рабочего кабинета в Запорожье при переезде в Киев.

Фото: MC.today

Кабинет Михаила Федорова. Фото: MC.today

Федорову нравится подход Раньери к созданию великих команд: тот тренировал английский клуб «Лестер Сити», который в 2016 году впервые в своей истории стал чемпионом Англии. Тренер привел клуб к победе несмотря на то, что в начале сезона шансы на чемпионство команды оценивались крайне низко – 5000 к 1.

Когда он начал тренировать клуб, в нем не было звездных игроков, но были хорошие профессионалы, из которых Раньери сделал команду-звезду. Федоров начинал бизнес по схожему принципу: набирал людей из разных профессий, без опыта, студентов и выпускников и обучал их новому делу, чтобы они могли конкурировать с устоявшимися компаниями.

«Существует заблуждение, что для реализации масштабных проектов в команде должны быть звезды. Но самое важное – это уметь делать звезд из людей, которые уже с тобой работают», – считает министр.

На книжных полках Федорова – нон-фикшен-литература на разных языках: «Стратегии гениев», «50 книг, чтобы стать успешным в бизнесе» и даже «Из третьего мира – в первый. История Сингапура». В соседней комнате, где раньше была комната отдыха с диваном и холодильником, – мини-спортзал, там стоят несколько спортивных снарядов и душ. Его обустроила команда Минцифры за свои деньги, то есть бюджетные средства на него не тратили.

Спортзал в кабинете министра. Фото: MC.today
Спортзал в кабинете министра. Фото: MC.today
Футбольные ворота в кабинете министра. Фото: MC.today
Шахматы в кабинете министра. Фото: MC.today

Часть команды, которая отвечает за PR, маркетинг, визуальный контент, сидит этажом ниже, в двух просторных комнатах. В них же оборудована небольшая фотостудия для записи роликов от Минцифры и стоит мини-статуя Ждуна. Мы даже начинаем сомневаться, что находимся внутри Кабмина – настолько это отличается от обстановки даже в соседних министерствах.

Для разработчиков в Минцифре арендовали пространство в коворкинге Ильи Кенигштейна Creative States, расположившемся на заводе «Арсенал» парой километров выше по улице.

IT-команда Минцифры. Фото: пресс-служба Минцифры
IT-команда Минцифры. Фото: пресс-служба Минцифры

Всего в Минцифре работает 300 человек. Большинство из них никогда не работали на государство, всю команду Федоров собирал с нуля. Работа внутри министерства организована по правилам бизнеса – платят тоже по рыночным стандартам. Разработчики получают в среднем $3–4 тыс., нетехнические работники 35–40 тыс. грн.

Интервью с министром начинается за длинным столом для переговоров в его кабинете. В этот раз у нас микс онлайн- и офлайн-разговора. На экране MacBook – Zoom с главным редактором MC.today Тимуром Вороной, напротив сидит наш журналист Алена Троян. В первую очередь нас интересуют подробности запуска «Дія City» и то, как изменятся правила игры для IT-компаний. А также когда бизнесмены перестанут бояться появления «маски-шоу» в своих офисах, какие планы у министерства на будущий год и как устроена работа госоргана изнутри.

Далее – прямая речь министра с небольшими стилистическими правками от редакции MC.today.


Оглавление

Из бизнеса в политику: чем отличается управление компанией и управление государством

Прошел год, с тех пор я передал свою долю в бизнесе и управление компанией партнерам и возглавил новосозданное Министерство цифровой трансформации. После перехода в политику я продолжил заниматься тем, чем и раньше, но в бОльших масштабах – трансформировать не бизнес, а все государство.

За этот год я понял две вещи. Одна сторона медали позитивная – государство не такой страшный монстр, как я думал, здесь работает много хороших, порядочных людей и с ними можно сотрудничать. 

Строить личные отношения, уметь объяснить и обосновать свою позицию и держать слово – это важнее, чем иметь в штате сильного бюрократа, который затянет любой процесс на годы. Когда другие чиновники видят, что мы делаем, и верят в нашу работу, то их доверие значит в разы больше, чем разного рода формальности. 

Последний яркий пример – это «Дія City». Министерство финансов было против того, чтобы снижать налоги для IT-сферы. Поэтому мы проанализировали мировой опыт, показали это все президенту и объяснили, почему необходимо создавать привлекательные условия для IT-бизнеса. И он встал на нашу сторону. 

Фото: пресс-служба Минцифры

Интервью с Михаилом Федоровым. Фото: пресс-служба Минцифры

После этого Кабмин и Минфин сдались и поддержали нашу позицию. Хотя бюрократически они могли бы затянуть этот процесс на пять лет. 

Забюрократизированность всех процессов – это другая сторона медали. Ее создают люди, которым мы мешаем зарабатывать на определенных схемах и которые делают все, чтобы у нас не получилось. С каждым месяцем я все больше и больше это чувствую. Поэтому приходится каждый новый проект «пробивать» с помощью разных групп влияния.

Четыре главные цели Минцифры: как к ним собираются прийти 

Несмотря на сложности, мне нравится то, что мы делаем. Есть понятная идея, есть цели, к которым идем, и есть понимание, что назад дороги нет: если мы уйдем, то страна откатится в цифровизации надолго.

Я не хочу манипулировать последним фактом, что, мол, «без нас никто это не сделает». В стране много толковых людей, которые дадут результат, но, чтобы разобраться в происходящем, им понадобится время, и это может затянуться надолго. Мы же хотим построить все таким образом, чтобы после нас оно продолжило работать и с другой властью. 

Наша большая идея состоит в том, чтобы за три года создать самое удобное государство в мире для людей и бизнеса. Максимально убрать роль бюрократии из жизни людей. Сделать так, чтобы любую госуслугу можно было получить в несколько кликов. Чтобы государство превратилось в сервис. 

Это понятная идея в первую очередь потому, что она легко измеряется и раскладывается на цели.

У нас есть четыре цели, которыми живет все министерство: 100% услуг переведены в онлайн, 95% транспортной инфраструктуры, населенных пунктов и социальных объектов (больницы, библиотеки, сельские клубы и так далее) покрыты скоростным интернетом, 6 млн украинцев вовлечены в программу развития цифровых навыков, 10% – доля IT в ВВП страны.

За каждой целью закреплен руководитель направления, каждая цель разделена на продукты, и за каждый продукт отвечает конкретный человек. 

Таким образом, мы не просто живем идеей, а у нас есть конкретно выстроенная система менеджмента для того, чтобы ее реализовать. По нашей задумке, Минцифра должна успеть реализовать все цели за время президентства Зеленского.

В нашем видении к концу срока Зеленского нашими продуктами будут пользоваться 90% населения, все будет закреплено на законодательном уровне и это будет вообще другая страна с точки зрения взаимодействия с государством.

Когда мы решим фундаментальные проблемы, все остальные услуги будут запускаться как снежный ком. Потому в идеальном для меня варианте в 2024 году Министерства цифровой трансформации не должно существовать. 

Трансформация должна стать религией каждого министерства. Там должны быть менеджеры, которые на все задачи смотрят с точки зрения того, как сделать их быстрее и дешевле. Нужно максимально все упрощать, менять суть процессов, чтобы было не важно, кто пришел к власти, и все двигалось бы по намеченному пути.

Как мы переводим госуслуги в электронную форму: на примере онлайн-регистрации ФЛП

Когда мы создали Минцифры, я задался вопросом: какие услуги наиболее популярны в нашей стране? Логично, что если услуга популярна, то она создает офлайн-очереди и неудобства для людей. Значит, нужно ее оцифровать. 

Проблема была в том, что люди в основном получают услуги через ЦНАПы (Центр надання адміністративних послуг. – Прим. ред.). Все они в Украине работают на разных программных обеспечениях, которые между собой не «дружат». И понять, что наиболее популярно, в рамках всей страны – невозможно.

Потому мы создали центральную программу, к которой начали подсоединять по очереди ЦНАПы и собирать статистику. Когда мы подключили первые 200 центров, то сформировался рейтинг наиболее популярных услуг. Так мы пришли к тому, что первым делом надо запускать онлайн-регистрацию ФЛП. 

После этого мы проанализировали, как услуга работает сейчас и как можно ее автоматизировать. Наш фундаментальный принцип – сделать ненужным участие чиновника в получении услуги. Таким образом процесс создания ФЛП сократился с 30 до 3 этапов. В том, как должна работать услуга, мы ориентировались на ведущие страны из рейтинга Doing Business: смотрели, как это организовано у них, и думали, как сделать у нас, но лучше и быстрее.

На следующем этапе мы переписывали все нормативно-правовые акты, вносили изменения в законы, параллельно отрисовывали веб-интерфейс услуги на портале и подключали ее к реестрам Минюста – общей системе, которая позволяет обмениваться данными между всеми реестрами. 

В каждом новом проекте, если на его реализацию не были заложены бюджетные средства, мы параллельно ищем деньги среди доноров и партнеров. Поначалу, когда мы создали министерство, у нас был небольшой бюджет на содержание штата. Сейчас уровень доверия к нам вырос, и мы достаточно быстро получаем финансирование от доноров.

Фото: MC.today

Интервью с Михаилом Федоровым. Фото: MC.today

При этом мы понимаем, что им интересно, – например, их пиар. Потому мы берем минимум денег и за это даем максимум результата. Хотя раньше эти деньги «размазывались» большими суммами на непонятные проекты.

В следующем году у нас будет больший бюджет, но это не значит, что мы не будем работать с донорами и с бизнесом: с ними взаимодействовать быстрее и меньше бюрократии.

Когда мы запустили услуги, то занялись сбором обратной связи и доработкой. Например, физлиц-предпринимателей, которые отправляют заявки через «Дію», окончательно регистрируют офлайн-регистраторы. 

После запуска мы увидели, что реально попали в точку: за восемь месяцев 200 тыс. украинцев зарегистрировали ФЛП на портале «Дія». С ростом популярности услуги на регистраторов в разы возросла нагрузка, и мы стали думать, что с этим делать. Для решения проблемы мы зарегистрировали в Верховной Раде законопроект, который позволит сделать регистрацию полностью  автоматической – без участия человека.

Внесение изменений в законы через Верховную Раду – это уже последняя стадия запуска услуги. Это долгий процесс, который может тянуться месяцами.

Поэтому мы сперва делаем MVP (минимально жизнеспособный продукт. – Прим. ред.), смотрим, зайдет или не зайдет продукт, а пока идет тестирование, «легализуем» услугу через постановление Кабмина. У меня статус вице-премьера, и мы можем быстро это сделать. 

Но постановления Кабмина ограничены во времени. Максимум их можно принять на два года, а изменения в законе – необратимы. Поэтому если мы видим, что все работает, то подкрепляем процесс законодательно. Так мы уже зарегистрировали в Верховной Раде законопроект о легализации электронных паспортов.

Как чиновники сотрудничают между собой и почему главное в любом проекте – влюбить людей вокруг в свою идею

Что самое интересное – формально регистрацией ФЛП должен заниматься Минюст, мы тут ни при чем.

Но мы придумали, как быстрее «подружиться» с коллегами из других подразделений Кабмина. Мы создали такую должность, как заместители министра по цифровой трансформации, и запустили их в каждое министерство. 

 

Фото: MC.today

Интервью с Михаилом Федоровым. Фото: MC.today

По сути, это такой себе адвокат цифровой трансформации, у которого есть полномочия и который может «спускать» задачи в свое министерство.

Когда мы объяснили ребятам из Минюста, что это классный продукт и что мы сделаем самую быструю регистрацию физлиц-предпринимателей в мире, то влюбили их в себя. Так мы нарушаем формальные связи и за счет неформальных начинаем управлять процессом. По факту сейчас мы управляем IT-структурой Минюста, хотя у нас нет на это полноценных полномочий. 

Поэтому я считаю, что идеи первичны, нужно максимально влюблять людей в то, что ты делаешь, и тогда они будут тебе помогать в их реализации.

Нам в работе очень помогают и люди «со стороны». Наша команда общается с Олегом Гороховским: нам импонирует его менталитет и взгляды на технологии. 

Одна из его ключевых идей – принцип приложений «Дія» people to people. Когда, например, я могу проверить достоверность вашего документа, наведя камеру своего смартфона на ваш QR-код. Очень простая идея, но она закладывает принципы развития приложения.

Каждый новый проект мы запускаем с участием бизнеса – наши партнеры: Visa, Mastercard, Rozetka, «Новая Почта» и другие компании.

Низкие налоги, отсутствие «маски-шоу»: почему IT-компаниям стоит присоединиться к «Дія City»

Мы придумали «Дія City» не для того, чтобы «спасти» айтишников, они и так успешно работают, не надо им мешать.

Сейчас наша цель – создать MVP, который покажет, что будет, если не повышать налоги, а понижать, и в дальнейшем применить его на всю страну. «Дія City» можно назвать территорией для пилотного запуска. Мы точно не хотим ничего поломать, а, по сути, занимаемся легализацией того, что уже успешно работает.

Прежде всего мы хотим легализовать трудовые отношения так, чтобы сотрудников не прятали за ФЛП, а оформляли на работу в компаниях. 

Фото: пресс-служба Минцифры

Интервью с Михаилом Федоровым. Фото: пресс-служба Минцифры

Вместе с «Дія City» мы уходим от советского трудового кодекса и полностью меняем систему трудовых отношений. Появятся элементы английского права (акционерные соглашения, опционы для сотрудников и так далее), корпоративное управление компанией. Также мы вводим новое понятие – гиг-сотрудник.

Контракт между компанией и гиг-сотрудником будет максимально индивидуализирован. Он позволит работодателю не быть заложником сотрудника, а сотруднику – иметь максимально понятные, прозрачные, честные правила игры с работодателем. Нет этой ерунды с отработкой двух недель, а есть, допустим, закрытие доступа к CRM-системе в течение 10 минут после увольнения. 

Главная мотивация для компаний перейти в «Дія City» – это работа «вбелую». Компании, которые хотят капитализироваться и выходить на IPO и сейчас частично скрывают налоги, смогут работать полноценно «вбелую» и ничего не скрывать. Потому что, когда ты сотрудничаешь с ФЛП, но по факту это сотрудники твоей компании, ты, по сути, оптимизируешь налоги и не платишь все, что должен. Сейчас мы делаем так, чтобы все это было законно.

Недавно «Киевстар» в своем блоге на НВ рассказали, почему они будут в «Дія City». У них понятная аргументация: в «Дія City» будут равные условия для развития продуктовых и аутсорсинговых компаний в Украине. 

Сейчас происходит так: международные продуктовые компании «вывозят» полную налоговую нагрузку, а аутсорсеры работают чисто на ФЛП и платят 5%.

Еще в «Дія City» есть законопроекты, которые помешают правоохранителям незаконно обыскивать IТ-компании. Компании, которые честно работают, не должны страдать от произвола силовиков. Депутатам поставили задачу – вместе с рынком «докрутить» конструкцию, которая позволит это сделать.

Методы урегулирования могут быть разные. Например, когда санкцию на обыск должен выдать прокурор области. И при этом при обыске не изымается оборудование, а снимаются копии информации. Этим 24/7 занимается Саша Борняков (сооснователь Adtelligent. – Прим. ред.): он пришел из крупного IT-бизнеса и точно понимает, как сделать так, чтобы компании спокойно работали.

«Дія City» поддерживают множество крутых бизнесменов: среди них Александр Конотопский (основатель Аjax Systems. – Прим. ред.) и Макс Слободянюк (основатель Nika Tech Family. – Прим. ред.)

Я часто советуюсь с предпринимателями, они помогают глазу «не замыливаться» и смотреть на процессы с точки зрения эффективности.

Какие налоги будут платить участники «Дія City»

В рамках «Дія City» компания заплатит НДФЛ в 5% и военный сбор в 1,5%. Плюс к этому ЕСВ в 22% от минимальной заработной платы. Налог на прибыль заменит налог на выведенный капитал. В последней версии его оставили на уровне 9%.

Источник: MC.today

Сравнение налогов. Источник: MC.today

Для компаний, которые продолжат работать по старой схеме с ФЛП, ничего не изменится. Они смогут развиваться, как раньше. Наша задача как органа, который формирует политику в этом направлении, сделать все возможное, чтобы люди бросили ФЛП и сказали: «Крутая система, нам нужно перейти туда». 

Мы должны создавать лучшие условия для развития, а не заставлять кого-то что-то делать. У меня максимально либертарианские взгляды на этот счет.

Что за альтернативный проект «Дія City» и зачем его подали в Верховную Раду

Альтернативные законопроекты разрешают ФЛП работать в «Дія City» наравне с гиг-сотрудниками (альтернативные законопроекты №4303-1 и №4303-2 внесли в ВР партии ОПЗЖ и «Голос» в ноябре 2020 года. – Прим. ред.). Предполагаю, что проекты появились из-за того, что предприниматели думают, что физлиц начнут «кошмарить» и всех будут насильно загонять в «Дія City». 

С одной стороны, с таким подходом невозможно создавать инновационные проекты, но с другой – я понимаю, что государство не заслуживает сразу полноценного доверия. Государство системно дискредитировало себя на протяжении последних 20 или 30 лет, ничего удивительного.

Я сначала переживал, потому что мы хотим сделать лучшую налоговую систему в мире для айтишников, масштабировать ее на всю страну, создать там экономическую свободу, чтобы никто никого не «кошмарил» и компании развивались. А тебе типа вставляют палки в колеса и говорят: «А давай ФЛП легализируем». 

Ребята, ФЛП же созданы для людей, которые индивидуально заняты, зачем нам друг друга обманывать. Мы же создаем те же условия, только для компаний.

А потом я понял: исторически так сложилось, что государство обманывает. Поэтому мы спокойно надели шлемы и пошли в бой. Сейчас это такая рутинная работа, где приходится объяснять свою позицию.

У нас классные отношения со всеми, кто участвует в обсуждении. Мы не ссоримся, и это демократическое обсуждение классного законопроекта. Это для меня главный результат: мы обсуждаем проект, который нацелен на развитие, а не на «распил», как это часто бывает.

Сколько программисты зарабатывают на госслужбе

Живу я сейчас на те деньги, которые были заработаны в бизнесе. На зарплату министра, наверное, было бы тяжело прожить. Я не знаю, сколько точно получаю, в этом месяце мне пришло 10 тыс. грн аванса. Мои заместители получают примерно столько же, может, немногим больше.

Кабинет сотрудников Минцифры. Фото: MC.today
Кабинет сотрудников Минцифры. Фото: MC.today
Игрушка «Ждун» в кабинете сотрудников Минцифры. Фото: MC.today

Мы все пришли в политику за профессиональными вызовами и самореализацией, а не за деньгами. Государство – это точно не то место, куда стоит идти зарабатывать. Я считаю, что все, кто приходит на должности министров, должны себя заранее обеспечить финансами. Нельзя быть успешным в своем деле и при этом ничего не заработать.

В министерстве средняя заработная плата для нетехнических сотрудников 35–40 тыс. грн. Столько получает, например, руководитель департамента. 

Айтишники у нас получают среднерыночную заработную плату, может, меньше на 10–20%, чем могли бы зарабатывать в бизнесе. У нас есть отдельная и очень классная команда айтишников примерно из 20 человек, которая полностью пересобрала «Дію». У них средние зарплаты $3–4 тыс., у некоторых доходит до $5 тыс.

В Минцифре работает 300 сотрудников: как мы собрали команду за год

Всего в команде Минцифры сейчас около 300 человек. Это мое главное достижение за год, которым я горжусь. За некоторыми людьми я следил по несколько лет, мне нравились их результаты, и я хотел однажды с ними поработать.

Кроме личных знакомств искали сотрудников везде, где ищут в бизнесе: work.ua, robota.ua, Telegram-каналы, Facebook, переманивали из других компаний. Не обижайтесь, если в один день мы «схантим» и вашего журналиста.

Тут мы, конечно, немного нарушаем правила. Потому что министерство должно официально искать сотрудников только через портал career.gov.ua: но он «стремный» и плохо работающий.

Минцифры разделено на департаменты, за каждым закреплены отдельные продукты, за которые отвечают конкретные люди. Для них есть прописанные инструкции и KPI, которые надо выполнять. Мы, как в бизнесе, постоянно меняем организационную структуру в процессе пути. Если видим, что проект неэффективный, – ликвидируем направление, если видим, что удачный, – расширяем команду.

IT-команда Минцифры. Фото: пресс-служба Минцифры

IT-команда Минцифры. Фото: пресс-служба Минцифры

В команде работает четыре штатных психолога. Когда меня интересует какой-то человек, я могу запросить на него психологический портрет. В заключении-резолюции психолог описывает интеллект человека, его тип мышления, мотивацию, стиль работы, как он реагирует на цели и задачи. 

Психолог также прописывает риски по конкретному человеку: «к командной работе не приспособлен, испытывает сложности с тем, чтобы признать свою неправоту». Или, «чтобы переосмыслить ситуацию, которая отличается от его взгляда, ему необходимо время и одиночество» и так далее. В зависимости от типа человека я могу иногда жестко общаться, а могу этого избегать, чтобы ему не навредить.

Психологи также работают с теми, кто отвечает на комментарии в Facebook, и учат реагировать на разные ситуации. К ним могут обратиться сотрудники, если их что-то беспокоит.

Еще у нас работает очень крутая HR, которая занимается сплочением команды: знает, у кого какие проблемы, кто расстался с партнером, у кого и какие проблемы с ребенком. Когда кто-то болеет, она во всем помогает с лечением, отправляет какие-то подарки, словом, очень внимательна к людям. 

Когда возникают проблемы, я говорю HR: «У меня проблема с определенным замом, он конфликтует с другим. Ты можешь помочь мне решить вопрос?» Мы находим с ней инструменты, как это сделать, проводим отдельные встречи, она помогает мне правильно с ними общаться. Я ей доверяю, она меня не подводит, и вместе за год мы выстроили всю команду.

Все ребята в команде похожи друг на друга: инициативные, умные, специалисты в своем деле. Я, наверное, самый слабый человек в коллективе. Хочу, чтобы в будущем все они занимали лучшие посты во всех ветвях государственной власти, это одна из моих миссий.

Что до моего будущего, то сперва мы хотим достигнуть поставленных целей, тогда можно будет обсуждать дальнейшие этапы. Чем я буду заниматься после этого – сложно сказать. 

В чем я на 100% уверен, так это в том, что не вернусь в прежний бизнес, в консалтинг. После запуска «Дії», где я увидел, как круто запускать вещи, которыми пользуются миллионы людей, я точно буду смотреть на создание продуктов на стороне государства или бизнеса. Но это будет уже следующий этап моего развития. 

Первым таким этапом был собственный бизнес, потом руководство диджитал-направлением президентской кампании, сейчас работа министром. Мне все нравится, и я ни о чем не жалею.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: